Эпистолярий "Про Чтение"
4.12.06. М.Рац

версия для печати

М. Рац Ю. Грязновой. 4.12.06.

 Сразу, чтобы не забыть: в пятницу вечером на канале «Культура» будет очередная передача «Тем временем» с А. Архангельским, посвященная ситуации с чтением. Рекомендую.  Как минимум, в качестве фона, если уж социологи Вас не интересуют.  И еще из списка новинок «Гилеи» (это в ИНИОНе): Хорнби Н. Логорея. – СПб, Амфора, 2006 (Речь в этой увлекательной книге идет о том, как, когда, зачем и что мы читаем).

 

Рад за Вас по части ситуации с чтением. Теперь еще бы и мне объяснили! :) 

Но не слишком ли широко Вы толкуете чтение? У вас же это уже не собственно чтение, а апперцепция любых сообщений в знаковой форме, «знаковой среды» (есть такой термин? М.б. «вторая среда»?). Не подменяется ли при этом ситуация с чтением, как минимум, ситуацией со СМИ? Вспоминается еще и «вторая сигнальная система» И. Павлова. Если называть чтением все, воздействующее на эту самую сигнальную систему, то оно, конечно, тотально, как и вторая природа. Я бы все же считал эту тотальность  фоном (объемлющей системой? контекстом?) для нашей темы. Но, так или иначе, тут надо еще разбираться с противопоставлением книги и ТВ вкупе с мультимедиа (не знаю толком, что это). Один мой знакомец еще лет 30 назад на эту тему диссертацию защищал. 

   Я-то в противоположность Вам центрировался даже не на чтении (письменных текстов) вообще, а преимущественно на интересующем меня инструментальном чтении без ХЛ, которое принадлежит практике (в Вашем понимании). Надо бы как-то уравновеситься. С учетом того, что Пелевина, Лукьяненко и т.д. я вовсе не читал, а вообще с чтением ХЛ связаны целые направления литературоведения: рецептивная эстетика и иже с ней. (Сюда же Ваша ссылка на Копылова-ст. с Чеховым).  С этим разнотыком (я про Фому, Вы про Ерему) связаны и наши соображения о том, кто кого объемлет: жизнь чтение или наоборот. Хотя чтение, объемлющее жизнь, это к тому же еще и специфически советский феномен (Ваш Зиновьев), имеющий к тому же исторические корни, связанные с русской литературой.  Кстати, вообще, совок  был настолько своеобразной формой организации/дезорганизации  жизни, что его особенности (сравнительно с другими укладами) могут быть совершенно не типологическими. Т.е., если Вы фиксируете, например, отличия в технике чтения советских людей от несоветских (сюжет с Зиновьевым и Толкиеном), то вовсе не факт, что Вы найдете такого рода отличия в других случаях. Но тут надо Шартье дочитывать.

   Вот маленькое отступление от темы. Форма эпистолярия по факту вернула нас к классической переписке по почте даже без дополнительной быстрой реакции, возможность которой предоставляет электроника. И здесь очень наглядно проявляется роль медиатора-посредника в диалоге. Каждого из собеседников всегда  ведет свой интерес и своя логика, но часто  по интенции она не только ведет, но и уводит к границам (или даже за границы) общих интересов, грозя прервать диалог, теряющий тематическую определенность, или превратить его в пустой треп. В рамках семинара (в т.ч., и Интернет-семинара) это почти невозможно, а в почтовой переписке – вполне реально.  Надеюсь, что нам с Вами это не грозит, но делаю эту отметку к уже высказывавшейся идее «медиаведения». (До книги Дементьева не добрались еще?) И, перетягивая одеяло на себя, могу заметить, что при всей важности обсуждаемого Вами фона, меня больше занимают вопросы, которые ставит перед нами случай А.Г. Бермуса, Вами теперь  даже и не упоминаемый. А куда же делся Ваш интерес к его прошлогоднему докладу? Вытеснился глобальным фоном?

    И еще одна связанная со сказанным деталь. У нас остается масса тупиков в дискурсе, поставленных вопросов, нередко важных, и заметок на полях, требующих отношения со стороны собеседника и дальнейшего развертывания. (В своих письмах я могу их промаркировать и предъявить, Вы, наверное, тоже.) Это неправильно: снижает КПД и напоминает случай Бермуса.   

   Но возвращаюсь к Вашему письму. На мой взгляд, суждения вроде того, что «до тех пор, пока чтение не является практикой, рефлектируемой и контролируемой, чтение будет объемлющим по отношению к жизни», требуют очень точной фиксации объема и содержания понятия. Если иметь в виду тотальный фон, то это, видимо, так, и говорить тогда больше не о чем. Но, если иметь в виду чтение письменных текстов (на котором я предлагаю в итоге сосредоточиться), то этот тезис заслуживает серьезного обсуждения: здесь вроде и вылезает волнующая нас «ситуация с чтением», обращаясь к которой придется еще учитывать, что значительная часть людей вообще не читает (в указанном понимании чтения).

    Очень любопытной кажется мне в связи с этим Ваша формула насчет «чтения через пересказ». Для меня она звучит как метафора становления власти идей, действительно, поступающих в социум и «овладевающих массами» через посредство письменных текстов и целой иерархии «пересказчиков», начиная с редакторов, верстальщиков (вообще-то дизайнеров) и издателей и кончая ведущими ток-шоу, режиссёрами актерами и даже соседями по дому. (Здесь, кажется, мостик к тексту Фуко о дискурсе в книге Табачниковой.) Только на выходе этой грандиозной системы можно сказать (притом имея в виду уже совсем другой денотат «чтения»), что «читают все». А вот идеи «семиотических вирусов» «семиотического здоровья» заслуживают раскрытия.

   Сказанное, по-моему, имеет самое прямое отношение к работе с наследием ГП (и соответственно к Фонду – камешек в огород канувшим в небытие Г.А. и В.Л. - J), если относиться к этой работе всерьез и ответственно.  

   Не совсем я понял фразу: «Я не знаю, про «смену чтения одновременно с формой организации МД». Если Вы имеете в виду мой (приписанный Вам) тезис, что каждой форме организации МД соответствует своя техника чтения, то что же здесь понимать? Я просто обобщил Ваши соображения о чтении специальной литературы. (А вот все остальные тексты и их чтение просто так не берутся. Библия окружена комментариями, толкованиями, поучениями, житиями – текстами, в которых проявляются смыслы Билейских текстов и техники их прочтения. Тексты «научные» тоже требуют специальной дисциплины ума, способного понимать логику работы с понятиями, построением объектов и т.п. И для этого есть и школа и высшее образование. Философские тексты – требуют и формального образования и специальной организации собственного жизненного опыта, самоорганизации.)

   А вот соображения Ваши о МД мне очень симпатичны (это, кстати, о натурализации, производимой А.Г.). Смотрите: проект, но проект чего? Вроде бы возможной формы соорганизации интеллектуальных функций, или структуризации работы интеллекта. Я бы попробовал различить понятие МД и конкретную схему МД. Схема МД – проект для нас, людей конца ХХ – ХХI в. А вот понятие МД шире, поскольку м.б. связано с составом и разными формами организации интеллектуальных функций, в том числе и в истории. Конечно, ничего такого натурально не было, не осмысливалось нашими предками таким образом,  поскольку не было таких понятий, но, тем не менее, всегда была «сообщительность» и, наверное, понимание (без этого я как-то человека вовсе представить себе не могу), а с некоторых пор были и мышление (а следовательно, мысль-коммуникация и мыследействие), и даже рефлексия (помнится, Вы на эту тему выступали в Лектории). Т.е, сказал бы я, проект – это бесспорно, но с одной стороны, а с другой, – все же и результат анализа: не на пустом месте этот проект возник. ГП, вроде бы, так и трактовал «методологические теории».

   И дальше – уже в связи с нашим (? -J) тезисом о чтении спецлитературы – вроде бы надо строить модификации схемы МД применительно к философии, науке, политике и т.д., и.т.п. Или отдельные (но однотипные) схемы?

   Отсюда уже один шаг к Вашей слойке. Говоря о ней прошлый раз, я вовсе и не предлагал разделить чтение и жизнь, против чего Вы теперь возражаете. Я обсуждал только схему или даже графему и говорил, что четыре ее слоя неравноправны и неравномощны: один из них резко отличается от трех других, к тому же более тесно между собою связанных.  А потому предлагал рисовать две слойки, одновременно подчеркивая их взаимосвязанность. Может, их и все вместе можно нарисовать, но тогда как-то выделив слой жизни (у меня вообще со схематизацией проблемы).

   Теперь нечто вроде вывода. По-моему, тезис о том, что «не задав специальных  методологических техник чтения, мы не сохраним (или не создадим) методологической практики», верен безусловно: для этого вовсе не требуется, чтобы чтение было “такой «пронизывающей» и организующей деятельностью”. Достаточно того, что письменная коммуникация – основной канал трансляции культуры.

 

  По отдельным вопросам.

Со смыслом не горит: прочтите.

Правильно ли я понял про Лумана-Воловика, что отдельные тексты можно рассматривать по аналогии с популями, живущими за счет общего материала – языка? Это мне нравится!  

Что за странную мысль Вы мне приписали: «что Чтение до сих пор важный социокультурный процесс»? Напрочь не помню. Мысль-то в чем?

Замечательная у Вас рубрика появилась: «Новые люди». Поздравляю!  

 


E-mail    Поиск 
  Главная    Раздел     Вверх