Эпистолярий "Про Чтение"
25.01.07. Ю.Грязнова

версия для печати

25.01.07.

Хотела я, Марк Владимирович, после длинного новогоднего перерыва поделиться с вами тем, что я сообразила с помощью ваших вопросов. Но – прочитала ваше последнее письмо и поняла, что это будет неправильно. Потому что иногда хотя бы нужно не пользоваться вашими вопросами, но и прямо на конкретные ваши вопросы отвечать. Поэтому и сделаю так: сперва отвечу на ваши вопросы по порядку. И в этих ответах постараюсь изложить свои основания. А уж следующим письмом – новый шаг продвижения.

 

1.

Я писал о том, что мы читаем для себя. (Чтение /чего – книги, текста, произведения/ направлено на это что только формально, а реально оно ориентировано на  самого читающего. Т.е., это /как и слушание/ в некотором смысле возвратное действие: через книгу к себе.) Но это совсем не рефлексия, а вот какая тут связь с рефлексией, – интересно. Поэтому я попросил прояснить Вашу фразу насчет связи «рефлексии и её конструктивного оформления» с «техникой  именно чтения».

 

Во-первых, я не знаю никаких иных интеллектуальных процессов, ориентированных на себя, и никаких других способов ориентироваться на себя, кроме как рефлексии. Просто по схеме рефлексивного выхода. Помните, в каком-то из начальных писем я вам писала про цитату, которая оказалась реальным толчком в жизни реальных людей, и далее – приводила цитаты про чтение из Переса-Риверте – про это же. И когда про «персонажно-героический» способ чтения – тоже. Ну, что такое чтение по типу «делать жизнь с кого»? Это специфический запуск рефлексии. Читатель, усвоивший такой тип чтения, автоматически «включает» рефлексию по идентификационному типу с собой. И начинает через сравнение с героем думать про себя. Но и любой другой способ чтения связан с тем, что вы соотносите уже имеющиеся у вас представления (ориентиры, знания, убеждения, ситуации) с теми, которые вы прочитываете в книге. И если говорить про именно эту ориентацию чтения – на себя – то что иное есть Чтение, как не запуск рефлексивных процессов? Но автор, как правило, по крайней мере исходно знает – какую именно структуру рефлексии он запускает или надеется запустить. У него есть замысел. Понятно, что хорошие тексты это те, которые превышают моделирующую способность автора. И поэтому про Шекспира – как центра Западного канона: он выстроил нам то, о чём и как мы принципиально можем себя рефлектировать. Канон в этом. И далее про стенограмму в последнем письме: да текст – это структура рефлексии.

И освоение техники чтения – это в том числе освоение чтения, обращённого на себя. Но что значит – на себя? Я – это я в своей локальной ситуации, и я, как исторический тип человека, и я как определённая культурная позиция и т.п. И понимание чтения не только как текста «О», а как действия, и даёт читателю эту возможность в ситуации, когда естественно рефлексия не складывается (ну, нет у вас того «Я», по поводу которого текст мог бы запустить рефлексию), через техническое (и тут я ещё раз отвечаю на ваш вопрос – естественны ли техники чтения), искусственное, воссоздание действия, позиции, выраженного в тексте, увидеть или обрести это до того неимеющееся измерения своего Я.

 

Но, кажется, я не улавливаю чего-то самого важного в вашем вопросе, потому что не могу вообразить себе обращения на себя без рефлексии. Что это такое? Как это бывает?

 

2.

Я бы первый пункт сформулировал так: против понимания текста, только как говорящего о чём-то.

Да. Конечно.

 

3.

Т.е., (будущий) третий пункт я понимаю так, что коммуникативный (а вообще-то любой) текст для его адекватного понимания необходимо раскладывать на две составляющие: организационно-деятельностную и объектно-онтологическую.

В принципе – да, просто у меня топов получается больше.

 

4.

Но за ней стоит второй горизонт – большая социокультурная ситуация (СКС), «которая несет то, что называется смысл». Это я плохо понимаю: а что же, локальная ситуация бессмысленна, что ли???

 

Ну, да, конечно. Локальная ситуация бессмысленна. Я поэтому и разговариваю с вами, и пытаюсь выйти от своей локальной ситуации чтения (тем более, что вы говорите, что у меня с этим всё в порядке J) к более широким ситуациям, чтобы найти смысл того, что меня почему-то беспокоит. Или не найти – и принять все свои смутные ощущения фантомными. С одной стороны – это «методологическая травма» - убеждение в том, что действие имеет смысл только если оно осознаётся и строится в культурных и исторических горизонтах, но с обратной стороны – так и строится понятие смысла в методологии.

Если редуцированно почти на грамматике показывать, то смысл слова возможен только если есть второе слово. Смысл локальной ситуации становится возможным, когда она сопоставляется с большой социкультурной ситуацией. Смысл настоящего – определяется через будущее (об этом в читанном и мной и вами семинаре по герменевтике в Пятигорске). Смысл реального – через идеальное – в том числе через тематизацию. Смысл – то, что движет нами: из настоящего в будущее, от маленького за его пределы к большому, от незнаемого к познаваемому и т.п.

 

5.

Вы пишете: «текст – это не ответ, не диалог – это всё вторично. Текст – это организация рефлексии. В этом его главная задача. Создать его – значит, такую рефлексивную структуру создать, а понять его – значит в первую очередь понять и освоить эту структуру». Ну, если Вы взялись за определения, то я бы сказал, что текст – это, прежде всего, форма существования и передачи некоторого содержания, мысли, а уж в этом качестве, естественно, – рефлексивная структура. Вместе с тем это и продукт мысли. Обсуждать его рефлексивные функции нам необходимо, но причем здесь ответ и диалог? Я не понимаю: кто это такие странные отождествления делает.

 

Вы и делаете, предполагая, что текст передаёт от одного к другому некоторое содержание.

Есть, конечно, тексты с однозначным ответом о том – о чём они. То есть 10 человек прочитали и на вопрос: о чём этот текст дали 10 одинаковых ответов. Но это редукции большие. Потому что если текст – это рефлексивная структура – то он запускает процессы рефлексии и невозможно точно сказать, каковы будут результаты этой рефлексии. И в этом смысле – какое содержание передаёт текст? Давайте на каком-нибудь хрестоматийном примере. Вот, Достоевский сказал (!!! Сам), что в Мышкине хотел изобразить Совершенного человека. Давайте примем это имя – «совершенный человек», а потом независимо друг от друга попытаемся сказать, так на примере Мышкина – кто такой Совершенный человек? Вы думаете, у нас с вами хоть сколько-нибудь ответы сойдутся? Они по этому поводу только в школьном учебнике литературы сходятся. Так это мы клеймим, как формальное чтение. А уж сказать: а что думал Достоевский про Совершенного человека – это литературоведы ещё столетия будут обсуждать и реконструировать – что именно ОН собирался нам передать (это в вашей логике).

И уж совсем странно – про текст как форму существования мысли (между прочим, на www.circle.ru размещены два доклада Литвинова о герменевтике мышления – как раз по нашей с вами теме). Но тему с мышлением я трогать пока не буду: самый сложный и неподъёмный вопрос.

 

6.

Специальная просьба: примерчик можно к нехитрой «технике чтения: перевода понятийных конструкций в воображение ситуаций, и обратно – движения от реальных ситуаций к заоблачным категориальным конструкциям».

 

ГП этим отлично владел. Любые лекции или семинары если берёте – то он так всегда и делает: обсуждает понятие смысла, а потом рассказывает, как читает «Дон Кихота» или «Мастера и Маргариту». А потом уходит обратно – в понятию смысла.

Но в принципе – это действительно нехитрая техника (опять же, смотрите – техника, к ней себя нужно принуждать, особенно, если прототипов ситуаций в вашем опыте нет). Просто, читая, например, Витгенштейна «Философские размышления» - вы должны отдавать себе отчёт не о том, как слова связаны между собой, а о каких ситуациях он говорит – что этот текст рефлектирует, какого рода ситуации. Для Вас это, может быть и несложно, а для студентов оказывается фантастически – потому что разрыв между формой рефлексии и ситуацией для них колоссальный. Но если вы знаете, что текст – это форма рефлексии, то вы, сталкиваясь с непонятным текстом, должны постараться эту ситуацию вообразить или реконструировать. Обратно – от ситуации к понятиям (то есть, развивать мысль Витгенштейна) студенты, конечно, не могут, а эту «половину» рефлексивного пути могут пройти. Ну, и вернулись опять и в рефлексии и к Я – и таким образом они обнаруживают себя участниками совсем иных ситуаций, нежели они привыкли думать.

 

7.

что такое  ответное чтение в отличие от вопросного?   

Ответное – это в том числе ваше инструментальное: как мне поступить в данной ситуации? Как устроено Х? и т.п. Вопросное – чтение, как обретение новых слов, понятий, способов задавания вопросов и разумеется, обретение новых вопросов. И ключевые ситуации – когда и вопрос-то не знаете как сформулировать: просто есть непонимание и всё тут. Если практиковать только одно или только другое – тупиковые это ветки.

 

8.

    Сомневаюсь также насчет того, что  инструментальное чтение можно трактовать как разновидность нормативного. Скорее, это два разных типа. Нормативное, если я правильно Вас понимаю, это задающее нормы, образцы и эталоны  активности читателя, а инструментальное по Барту – это нацеленное на получение знаний, а по мне :) , в расширенной трактовке – на получение любых средств и пособий к собственной деятельности.

А норма или эталон – это не ответ на вопрос: как действовать в подобной ситуации? Инструменты же есть разные. Есть знания об объектах. Есть нормы и образцы, с которых мы снимаем способы действия, есть техники и технологии. Но все они отвечают на вопрос: как? И дальше продвигают нас к действию. А есть ещё вопросы: а в чём смысл? Зачем, для чего и т.п. Все прожективные вопросы-ответы. Они не инструментальные. Да?

 

9.

И самое для меня интересное: «отдельная тема, что чтение – это не акт по отношению к одному тексту, а процесс, в который вовлекаются разные тексты, и то, что чтение – дело коллективное, а не индивидуальное». Я здесь вижу перспективу развертки классического тезиса Куфаева об общественно-историческом прочтении книги «до дна» в отличие от частичного индивидуального прочтения. 

Здесь я тоже вижу перспективу. Но это следующий шаг моего чтения ваших вопросов в логике: зачем, для чего, в чём смысл?

Надеюсь, что далее смогу это собрать в текст.

 

Ваша, ЮГ


E-mail    Поиск 
  Главная    Раздел     Вверх